На Грушевского, как я читал, стоят в основном военнослужащие - призывники с Юго-Востока Украины.
А вот так воевали их, наверное, уже прадеды:
Пусть те, кто считает нас, донбассовцев, тупыми бандитами сначала перечитает эти строки.
http://www.konkurs.senat.org/article/M_Rudenko.html "Здесь, в кратчайшие сроки, шахтеры – ударники производства, должны были стать особым родом войск, морской пехотой – наводящими ужас на врага «черными дьяволами».
Для шахтеров пройти это перевоплощение было несложно, поскольку выходцы из горняцкой среды всегда обладали высокими воинскими качествами. Тяжелый и опасный труд в мирное время был в чем-то сродни боям на фронте.
Но вражеское наступление не оставило времени на серьезную военную подготовку и одетым в тельняшки добровольцам Донбасса в боевых условиях больше пришлось полагаться на лучшие человеческие качества, выработанные мужественной шахтерской профессией – отчаянное упорство, железную стойкость и могучую волю.
Что интересно, даже враг отмечал особую силу духа именно моряков и шахтеров, как бы выделяя их среди прочих воинских и гражданских специальностей. Прислушаемся к «экспертному мнению» самих немцев, которые, по свидетельству летописца созданных в Донбассе осенью 1941 года «шахтерских полков», Виктора Андриянова, выпустили во время битвы за Кавказ приказ следующего содержания: «
Моряков и шахтеров в плен не брать, а немедленно уничтожать».
Сначала собрали коммунистов. Объяснили задачу. Сказали: нужно выручать береговую батарею.
– Если враги захватят батарею, — начал политрук роты Иван Алексеевич Пронин, – они её мощные морские орудия повернут на город... Вы понимаете?
– Да нас без ружьев, как куропаток, перестреляют, – перебил кто-то Пронина.
– А ты уж хвост поджал! – дружно навалились товарищи на бросившего реплику.
Потом собрали всех. Было примерно то же.
Кто-то нерешительно сказал:
– Без оружия в бой — все равно, что в шахту без отбойного молотка...
– А по скольку гранат дадут? — спросил другой.
– По шесть – восемь, – ответил Пронин.
– Ничего, – успокоил всех остальных кто-то, – граната – тоже оружие…
– Пора, что ли? – сказал напоследок один рослый шахтер.
Донецкие горняки хорошо понимали, что значит принять бой в неравных условиях, но в массе своей они не дрогнули, ни в момент отправки на смерть, ни в самом бою.
В казарме осталось лишь двенадцать человек – раненые и больные. Им передавали наспех написанные письма, просили записать адреса родных.
По просьбе шахтеров всем выдали тельняшки, кроме гранат дали саперные лопатки. Командиром отряда был назначен старший лейтенант Силин, политруком – И.А. Пронин.
Шахтеры спешились, прошли вперед.
На самой дороге, на обочинах и рядом с дорогой, было много румын, ночь была светлая, и их было видно.
Шахтеры, внезапно для румын, кинулись в атаку, применили гранаты, а командиры короткими очередями из своих автоматов, как в тире, начали расстреливать вражеских солдат, и хотя среди румын началась паника, стрельбу по шахтерам они открыли.
Наши бойцы смешались с румынами, и, орудуя саперными лопатками, ножами и кулаками, перешли в рукопашную.
Крики, стрельба, ругань, стоны…
Бой был скоротечным.
В ходе боя погиб командир отряда – старший лейтенант Силин. Его заменил политрук Пронин, но и он упал тяжело раненым в живот. Команду на себя взял какой-то шахтер, которого знал весь отряд.
На Николаевской дороге добровольцы разбили румын, часть из которых удрала.
Под руководством нового командира оставшиеся шахтеры построились, и по его зычной команде, с криками «ура», уже с оружием в руках бросились в атаку на румын, окруживших батарею. Сначала румыны оказывали сопротивление, но потом, не выдержав яростного натиска, бросив своих раненых и убитых на поле боя, стали отступать, приняв отряд шахтеров за крупную воинскую часть.
В своем первом и последнем бою шахтеры из города Сталино (в 1961 году Сталино был переименован в Донецк) ВЫПОЛНИЛИ ПРИКАЗ И ВОИНСКУЮ ПРИСЯГУ (Выделено мной - Балу), спасли от захвата 412-ю батарею и ликвидировали возможность прорыва на Одессу румынских войск.
Сами же шахтеры почти все погибли, не думая ни о славе, ни об орденах, ни о памятниках...
Вероятно, многие раненые, истекая кровью, умерли прямо на поле боя, ведь сразу помочь им просто было некому.
В результате этого боя румыны отошли на свои прежние позиции».